Делийский траффик (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

Две недели в ритме Дели

Во время посадки ни о чем не волнуйтесь. Не удивляйтесь, что не видно ни аэропорта, ни города. Лишь в тот момент, когда ваш самолет коснется земли и начнет маневрировать по полосе, вы поймете, что все прошло благополучно. Плохая видимость. Здесь очень сильный смог, особенно зимой. И самое интересное, что у него есть запах – он благоухает карри, чили, куркумой и еще какими-то индийскими специями. Вдохните полной грудью… и добро пожаловать в Дели!

«Фильмы действительно не врут!», — будете ликовать вы, когда въедете в город. В одном измерении здесь встречаются трущобы и небоскребы, бедность и богатство, глубокая культура и болливудская любовь. Вроде бы очень похоже на Россию и Европу, но привычные черты будто вывернуты наизнанку и приправлены ароматами востока. И, когда вы адаптируетесь, сами заметите очевидные параллели.

Одиннадцать миллионов человек населяют Дели. Примерно столько же, сколько столицу России. Но если москвичи ежедневно расползаются по офисам и часами глядят в мониторы, то тут не так распространен «планктонный» образ жизни — большая часть населения работает на открытом воздухе. Многие индусы попросту живут на улицах, — здесь довольно высокий порог бедности, и не каждый может позволить себе даже скромную халупу.

Вело и моторикши на Мейн Базаре (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

Из-за обилия людей сам город напоминает гигантский муравейник, а снующие туда-сюда жители – трудолюбивых муравьев, каждый из которых увлеченно занят своим делом. К слову, на востоке много необычных профессий. Некоторые имеют европейские аналоги, некоторые – нет. Например, водителя велорикши или туктука, – трехколесного пассажирского мотороллера, – можно сравнить с кучером или извозчиком, которых было много в России еще сто лет назад. А вот «варильщики» яиц едва ли когда-нибудь работали на европейских улицах, хотя здесь они стоят на каждом углу.

По внешнему виду большинства делийцев можно судить о роде их деятельности. Даже возникает ощущение, что ты как-будто вернулся лет на пятьдесят назад – ни одежда, ни повадки людей практически не изменились. Лишь авто- и мотопарк стал современнее, а в кармане у каждого индуса теперь лежит мобильный телефон. Просвещенная Европа эту идентификацию профессий уже почти потеряла. А жаль.

Продавец вареных яиц (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

До сих пор в городе чувствуется кастовость, что бы об этом не твердили. Уважаемый человек может одним взглядом указать нижестоящему, чтобы тот уступил место в транспорте или подал пальто. Обслуга относится с большим почтением и к западным людям, но неопытных европейцев гораздо проще надуть и обсчитать. И предприимчивые жители этим пользуются, завышая цены в несколько, а то и в десятки раз.

В отличие от нас, индусы не стесняются своего бедственного положения. Они по природе достаточно оптимистичные люди — каждое утро радуются, что проснулись человеком, а не камнем, например. И это заряжает их на весь день. А если человек относится к какой-то касте – это значит, что он уже чего-то смог добиться.

Водитель туктука в пробке (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

Как и в большинстве азиатских стран, тут распространен «ультрамалый» бизнес — когда вы идете по улице, один за другим к подходят индусы и предлагают что-нибудь. Допустим, почистить обувь. Даже если она у вас сверкает. И отбрехаться от них достаточно сложно, потому что вместо слова «нет» они будто слышат фразу: «я почти согласен». Если ботинки и вправду грязные, то чистильщики будут неодобрительно качать головой, да еще позовут друзей, чтобы они тоже осудили твою нечистоплотность. Некоторые, идут на крайние меры — специально выливают что-нибудь на обувь, чтобы ты потом никак не смог отвертеться от предложенных услуг. Уловки у них отработаны.

Сами индусы очень любят опрятность и чистоту. Редко увидишь даже бедного человека в грязной и вонючей одежде, в отличие от тех же московских бомжей. Например, ежедневно одевать ослепительно белую рубашку даже в небогатых семьях считается правилом хорошего тона. Хотя местным довольно хлопотно ухаживать за такими вещами – мало кто может позволить себе стиральную машину.

Крыши Дели (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

На каждом крупном перекрестке работают попрошайки – «индийские цыгане», как они себя именуют. Эти субъекты крайне навязчивы, особенно, по отношению к европейцам. И если ваше хрупкое сердце не выдержит, и вы протянете бедняку заветную рупию, то к вам, как к легкой добыче, тут же подбегут толпы новых попрошаек. В этом случае будет еще сложнее отвязаться. Особенно, если они применят технику «измора» и будут следовать за вами по пятам, пока не добьются своего.

Махатма Ганди из принципа никогда не давал милостыню беднякам-не-инвалидам. Есть руки, ноги? Хочешь получить деньги? Тогда иди работать, — считал он. Однако попрошаек от этого не стало меньше, и сегодня многие туристы дают им заветные банкноты, на каждой из которых отпечатан портрет самого Ганди. Иронично.

Лавки на Мейн Базаре (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

Отдельная тема – это дорожное движение города. Хотя в Индии и действуют европейские правила, их не соблюдает никто. Даже полицейские. Здесь свои законы ПДД – параллельно и перпендикулярно автопотоку с дикими гудками и криками движутся люди, коровы, туктуки, рикши и велосипедисты. Поэтому делийская улица, скорее, напоминает мелкий ручей с нерестящейся рыбой. А левостороннее движение создает еще больше сумятицы в глазах европейца-не-англичанина.

Делийский смог и траффик (Нью-Дели, Индия, 2014). Фото Алексея Абакумова.

Мы часто называем Москву «городом контрастов», особенно когда при выходе из Сапсана мы видим бомжей на Комсомольской площади, а между двух стеклянных высоток эпохи Лужкова встречаем церквушку семнадцатого века… А если вы усилите все эти образы в сотню раз, прибавите бешенный темп жизни, восточный колорит, отсутствие правил дорожного движения и заполните воздух пряной дымкой, тогда сможете почувствовать хаотичный ритм столицы Индии.

Top